Палач

Я видел сны, в которых оправданья,
В виде цветов заученных речей,

Нас призывали тихо к покаянью,
Во имя сладкой жизни палачей.

Во снах я видел: призраки былого,
Из стен холодных склепов расцвели,

Багряной розой древней саги слова,
Чья слава скрыта толщею земли.

И кровь сочится с росами сомкнувшись,
Тех, кто когда-то сотрясали мир,

А палачи в молитве злой согнувшись,
Готовят миру вновь кровавый пир.

Во сне я видел: в шествии великих,
Как будто в дымке пего-золотой,

У каждого в руках клинки и пики,
И розой алой на челе покой.

Я видел, как в покое своем молча,
Народы шли в волшебную страну,

Преданий ветхих, и в земную толщу,
Курганов древних, вековую тьму.

Герои древние холмами возрастая,
В поэмах цветом строк вознесены,

По пустошам бродить, в ночи мерцая,
Им суждено в туманных снах луны.

Когда-то были в силе, в правде; тайной,
Великие, среди иных племен,

А ныне только склепов сирых камни,
Хранят, укрыв покой их вечный, мхом.

И видел сон: в нем племена и ро̀ды,
Что были славою покрытые до нас,

Я видел храмов белоснежных своды,
И воинства, не знамых нами рас.

Холмы и горы, те, что реки держат,
В своих ладонях каменных, века,

Прияли всех их, и во тьме забрезжил,
Людского племени свет тусклый, как звезда.

Наследством нам, туман и песнь скальдов,
В них сны и грезы, тех, кто был до нас,

Поэмы древние, осадком древней тайны,
Вьют шелк эпох, рождая новый станс.

И видел сны, я осквернен волшѐбством,
Народов древних, песнями племен,

Которые ушли от нас навечно,
Под облаками нам неведомых знамен.

Но развязал я руны битвы в слове,
Шипами сна пронзил я твердь и вот,

Увидел лед, что смешан с жаркой кровью,
И на кургане розою цветет.

Увидел я, как роют нам могилы,
Те, что во имя славы и добра,

Низвергли словом кротким и молитвой,
До нас рожденные под небом племена.

Юродствуй же палач, роняя слезы,
Дождей и рос, дарующих туман,

Зовущий нас украдкой нежной розой,
Что ты возложишь на могилы нам.

За нами тени тех великих предков,
Что видел я в своих печальных снах,

Палач им время, и на сирых ветках,
Их души зреют, сбросив тлена прах.