Пока ты музицировала привиделись Дионисии (La Paulée de Meursault)

Наполнен кубок мой строфою пенной,
Лозой изящества и лепестками роз,
В игривом танце рифмы откровенной,
Десницей нежно, в музыке степенной,
Касается струны осенних гроз.

В нём пир души, очей незримой донны
Безмерность, в той янтарной чистоте
Ослеп красой и словно бы в бездонных
Небесных хлябях слышал горечь стонов
Тех, кто растаял в этой красоте.

Шелками проливаясь, длань по струнам
Сладкой фантазией по миру зазвучит,
Юнцом скользнёт и непристойно юным
Дыханием влюблённых, в свете лунном
Поэмой сласть волшебную родит.

В движенье уст, в очах, в янтарном свете
Поэма песнею пернатою вспорхнёт,
Взовьётся к небесам, там, где в рассвете
Восходит осень золотая, в знойном лете,
Где в лунном свете соловей поёт.

Меж лоз-девиц созревших, дурно-пряны
Грозди тяжёлые, к ним полная любви
Донна незримая скользит тропою тайны,
Вино на твердь разлив, как бы случайно,
Алый нектар – кровь молодой земли.

Бежит за донной свита, в страсть гонима
Звучит меж лоз душистых дифирамб,
Поэт здесь встретил деву - свет ранимый,
Услышал, чуть дыша: «О, мой любимый!»,
Слова, что в сердце будто бы эстамп.

О, сладострастье, хмель менад безумных,
В незримости любовной ранит дух,
Звучание волшебных строф, и в струнных
Каскадах страсти - переливах вечно-юных,
О, донна милая, твой услаждают слух.

Наполнишь ты мой кубок рифмой сладкой
Любви неска̒занной, и в музыке она
Прошепчет трепетно и в тишине украдкой
Пойдём хмельные в грёзах… и лампадкой
Будет светить нам полная луна!