Я хочу рассказать историю. Часть 4

Часть IV

Ночь! За окном воет ветер, теребя лоскуты сугробов. В этот момент особенно я особенно близок к тому, чтобы сорваться… так, как будто бы нервы на пределе и не за что уже не отвечаешь, даже, и прежде всего, за свои поступки. Но, ночь сдерживает, и ничего не происходит…
Внешне… я сижу, склонив голову над книгой в свете свечи и…
«…Магия есть высочайшая, наисовершеннейшая и самая божественная область естествознания, облагороженная в своих деяниях и чудесных операциях правильным пониманием сокровенных и тайных свойств сущего и ввиду этого, путём приложения верных Действующих Сил к надлежащим Предметам Воздействия позволяющая производить явления необычные и удивительные. Из чего следует, что маги изучают Природу глубоко и прилежно; они, в силу мастерства своего, умеют предвидеть достижение, которое непосвящённому покажется чудом…» …
Устало закрыв книгу, я читаю на обложке: «Лемегетон царя Соломона», «Гоэтия».
Маэстро Кроули, и иные, бывшие прежде него, были правы, говоря, что магия меняет адепта и не оставляет никаких шансов вернуться обратно, в исходное состояние. За последние годы ко мне напрашивались в ученики многие, но, во-первых, я слишком молод, и нужно накинуть хотя бы двадцать-тридцать лет опыта, а во-вторых, я отговаривал их, тщательно и упорно отговаривал, поскольку тот, кто вошёл в магию, кто прикоснулся к её таинствам, тот уже никогда не будет прежним (да и сам я вхожу на эту Terra Incognita с большой опаской и осмотрительностью), а весь мир ему будет в тягость, поскольку он [адепт] уже не сможет видеть вещи так, как видят их все люди; слышать, обонять, ощущать и пр. и пр.
Я беру свой магический дневник, и медленно записываю:

«…Visita interiora terrae rectificando invenies occultum lapidem» («Посети внутренние части Земли: через очищение ты найдёшь скрытый камень») …
<…>
«…Принять во внимание тезис о том, что всё зависит от самого человека и следовать своим собственным, не похожим ни на чей, маршрутом (ибо «каждый человек – звезда»), – это величайшее искусство. Опирающийся исключительно на эмпирику и, следующий ей, не озирается по сторонам, не определяется точкой зрения общественного мнения, волей окружающих, внешних условий и авторитетов. Нет в этом мире для такого человека никаких законов и догматов, которым он строго следует, ибо подобно ангелам, он не имеет тех категорий мышления, которые свойственны людям. Часто и очень часто он обретает полное непонимание со стороны окружающих его людей, а вслед за этим непониманием жизнь его отбрасывает, разбивая о камни осознавания самое себя, как неделимой космической целостности. В связи с этим, заканчивает жизнь он обычно в полной отрезанности от какого бы то ни было контакта с внешним, тварным миром, но в состоянии, перенасыщенном образами, символами и постижениями царства горнего, за пологом явленного бытия. Его действия неотделимы от его мыслей и чувств, а мысли и чувства, в своей целостности, не способные принять в себя общечеловеческих стандартов, приводят его к катастрофе отношений, но возводят, своей органичностью, на пьедестал гения, с которого он, уже отлитый в бронзе, взирает на мир все последующие века.
Такова история многих людей, обретших связь с ангелоподобными сущностями и вобравшими в себя, подобно губке их непостижимый способ бытия (ибо всякий контакт с миром невидимым, порождает перенимание качеств и особенностей, свойственных ему), тем самым, оттесняя обычные человеческие свойства. Как можно заметить, люди, часто общающиеся между собой, перенимают качества, свойства и привычки друг друга, а при длительном общении становятся даже физически похожими друг на друга. Точно так же домашние питомцы очень часто похожи на своих хозяев, как манерами и привычками, так, часто и внешне. В связи с этой данностью появляются резонные вопросы. Во-первых, какие изменения происходят в человеке (в его характере, ментальности и даже в теле), постоянно взаимодействующем с представителями мира невидимого? Во-вторых, каковы же качества и внешность человека, часто общаясь с представителями сфер запредельных, то есть ангелами, призраками, свободными и служебными духами, который, приемлет их качества, – свойства этих, непостижимых физическому миру, существ? Тем более, при этом необходимо учитывать и влияние той гигантской силы, которая наполняет этих незримых для органов чувств обычных людей, сущностей, влияние которой, само по себе, производит колоссальные изменения и сдвиги сознания не только человека, но и любого воплощённого существа. В-третьих, разве не способствует сей контакт, с представителями мира невидимого, крушению способностей вообще жить среди обычных людей, и быть уподобленным массам, не имеющим никакой связи с миром за гранью бытия явленного?
Во многих древних текстах утверждается то, что факт любой магической практики меняет человека, вплоть до полного физического преобразования; тому свидетельством является и опыт современных теоретиков и практиков, которые даже при незначительном контакте или врождённых способностях к подобным контактам, асинхронны окружающей среде и правилам общественных установок. Опыт двух известных средневековых магов и визионеров, ставших создателями корпуса Енохианской магии, Джона Ди и Эдварда Келли, показывает, что влияние ангелоподобных существ на жизнь простого смертного настолько специфично, что рассудок последнего, будучи не в состоянии уловить многих истин, свойственных миру иному, с целью самосохранения перенимает особенности и, что не менее важно, некоторые качества, представителей мира невидимого. В отношении же к окружающему материальному миру он вообще воспринимается, как нечто из ряда вон выходящее. В связи с этим фактом, то есть фактом постоянного влияния на визионера ангелоподобных существ, все пласты человеческой жизни (как в её физическом, в том числе и социальном проявлении, так и в отношении психических и энергетических качеств и свойств) подвергаются некоей необратимой деформации и тотальному преобразованию. Последствия этого контакта сообразны тому, влияние какой сущности испытывает визионер, соприкасается с ней в своём прямом и непосредственном опыте.
Ангел, в сути своей, существо неделимое и не имеющее ни мужского, ни женского, ни среднего рода. Он вне половой принадлежности; для него не существует таких категорий, как зло и добро, ненависть и любовь, жестокость и милосердие, то есть в нём не присутствуют тождества в человеческом смысле этого слова. Дело в том, что все эти тождества, суть, дифференциация естественной целостности, которая существует лишь в связи с наличием материи и ей созданной среды, но именно в своей естественной целостности и неделимости эти антиподы проявлены в природе ангела. Поистине, можно сказать, что более целостного и нерафинированного существа, каковыми, зачастую, не являются люди (раздираемые бесконечными и постоянными конфликтами между парами противоположностей: зла и добра, ненависти и любви), просто не существует. Хотя, в отношении к ангелам, такие понятия как сущее и не-сущее, или, иначе, наличествующее и отсутствующее, применительно к самому бытию и его манифестациям, недействительны и немыслимы, ибо находятся в ограниченных категориях смыслов человеческого рассудка или, если сказать точнее, алгоритмичного логического мышления.
Ангел, в сущности своей, просто находится вне всего того, чем наполнена жизнь человека, поскольку представляет собой эманацию космической, протоматериальной реальности. Тогда как человек, находящийся в мире противопоставлений и объективно-субъективного восприятия вовне, а также выжигаемый изнутри огнём эмоциональной, чувственной и интеллектуальной активности, являет собой существо, вплетённое в чреду физических явлений, – для ангела этих физических явлений просто не существует.

Интересно, таким образом, какова же мораль и нравственность существа для которого не существуют такие явления как честолюбие, стремление к богатству; у него нет жажды приобретений новых и ценных вещей, нет страстей, каковые кипят между мужчинами и женщинами. Ту мораль, которую являет нам Ангел, мы не способны оценить ни одним из доступных нам способов, ибо всё, что представляет для нас ценность и то, ради чего мы готовы на многое, для Ангела просто не существует…».

* * * * *
Моя музыка, моя поэзия – они насквозь принадлежат миру, где бытийствует Божья Воля, персонифицируемая Ангелами. Они ясны во всей своей полноте лишь тем, кто были до нас, лишь тем, чьё бытие определяется не рассудочным и умозрительным, как это есть у человека, но, так же, как и у Ангела, чистейшим нектаром Воли.
Нас, заплутавших в тенётах ризомы (это можно представить так, что однажды, мы вошли в некую пещеру с дверью, но как только мы туда вошли мы увидели длинные коридоры дверей, а та дверь, через которую мы вошли уже пропала среди прочих. Мы делаем выбор, открываем одну из этих дверей, и снова видим длинные коридоры с бесконечным количеством самых разнообразных дверей. Эти двери – наш выбор. Мы его делаем каждую секунду с момента рождения (или даже зачатия), до момента ухода…), может спасти лишь любовь… а что спасает их?
Господь, создав человека, сказал Ангелам: «Идите и поклонитесь ему!». Многие, сотканные из Воли Создателя склонились перед нижайшим в мироздании – человеком, а иные отказались подчиниться Божественной Воле, тем самым ввергнувшись в ещё более низкое положение, нежели было уготовано человеку. Так стал быть ад.
Где это происходит, и в какое время?
Это происходит сейчас; ад и рай в нас, в наших душах, и чем далее мы отстоим от божественных функций Творца, тем ближе мы к адскому состоянию, сами себя мучая и воспринимая ангельский райский свет, как гиену. Мы, сами для себя создали персональный ад… но, вот чудо! Мы же сами и способны выбраться из него, тогда как посвятим себя Свету, но не Тьме. И у каждого из нас своя Служба…
Одни денно и нощно пребывают в молитвах, иные практикуются в концентрации, третьи изучают магию…
Хотя, говоря о них всех, я естественным образом упускаю из внимания тех, кто ничего не делает, но работает за миску супа на того, кто работает за миску более жирного супа и т.д., и т.п. Эти существа (не хочу их называть людьми) лишь еда элементалей и бесчисленного сонма свободных духов …

Эти люди получают хорошую профессию, чтобы после пойти на работу, которая будет приносить им доходы, которые они будут реализовывать в аспекте еды, нагуливая жирок, становясь лакомыми кусочками демонов самого различного уровня. Жаль их!
Но говоря о тех, кто денно и нощно, самыми различными способами тренирует свою волю, своё сознания, приобретая, подобно великим мужам и жёнам древности, величайшие магические и духовные способности, мы говорим о тех, кто встал на тропу, с которой уже нет никакого возврата…
Каждый из них воплощает свою волю самыми различными способами.
Я зарёкся писать стихи и музыку для людей. Они меня тяготят. Они грубы, хамовиты и безумны в своём стремлении к «еде» самого различного вида, в какой бы форме этот клиппот не был представлен (в виде домов и усадеб, дорогих машин, роскошных побрякушек или в форме простой миски супа – главное ведь, куда направлена твоя воля и есть ли она вообще…).

* * * * *
Так, слово за словом, рифма за рифмой, нота за нотой, я пытаюсь угадать то, что может быть впечатлит ангелов и тех, кто был в этом мире до нас, ведь я ежесекундно помню, что три кита магии – музыка, поэзия и театр, были созданы в древнейших мистериях, не ради развлечения, но ради познания божественного.
Однажды я оказался один в студии. Поставил микрофон, напротив себя поставил стул и мысленно пригласил их послушать мою музыку. Всё время я провел в оркестре из невидимых музыкантов. Я слышал, как они играют на свирелях, скрипках, арфах… Всё время они были со мной, я лишь подыгрывал им.
Тогда-то я понял, что мир, в котором мы живём и творчество, которым мы живём в этом мире – это бесконечное познание божественного. Мы должны погрузится в него, растворится в нём, прекратить гордыню, агрессию, глупость и слепоту свои… и мы, либо начнём говорить языком Живой Магии, либо смысла во всём нашем творчестве нет…